Отношения Армении и России так и не нормализовались после армянских парламентских выборов в июне, которые пророссийские силы с треском проиграли. После длившегося несколько лет охлаждения в Кремле решили действовать по не раз уже опробованной методичке и говорить со строптивым партнером на языке санкций. Под частичный или полный запрет попали минеральная вода, коньяк, вино и цветы, а также практически вся сельхозпродукция из южнокавказской страны. В Ереване заявляют: это начало конца инициированного в свое время Москвой Евразийского экономического союза. При этом проводить референдум о вступлении в Европейский союз Армения пока не собирается, и там намерены отвечать на санкции санкциями, сохраняя при этом столь важную для страны торговлю с Россией, насколько получится.
Чего хотят от Еревана
Когда Армения с головой ушла в агитацию перед парламентскими выборами, из Астаны 29 мая пришло неожиданное сообщение. Лидеры четырех стран Евразийского экономического союза, России, Беларуси, Казахстана и Кыргызстана, приняли специальное заявление по пятому члену своего союза, то есть Армении. Там говорилось о необходимости проведения в Армении в возможно короткие сроки общенационального референдума о вступлении в Европейский союз или дальнейшем пребывании в составе ЕАЭС. Так стало известно, что с требованием, чтобы Армения определилась со своим геополитическим и экономическим выбором, выступает не только Россия, но и некоторые другие государства, которые не хотят ссориться с Россией из-за Армении. Примечательно, что это заявление было принято без участия армянского премьера Никола Пашиняна, который в это время был занят агитацией на улицах Еревана. Когда он ознакомился с позицией коллег, отреагировал на нее в довольно ироничной форме, поблагодарив коллег за признание легитимного права Армении развивать отношения с различными партнерами и создавать торгово-экономические альтернативы для своей страны.
О чем говорили заклятые союзники
Сообщения о возможных российских санкциях появились вместе со стартом предвыборной кампании в Армении. До этого Никол Пашинян успел побывать в Москве и услышать просьбу Кремля допустить до выборов пророссийские силы. И их действительно допустили. Но даже это не помогло избежать пресловутых сообщений от Роспотребнадзора. Одно за другим в армянской продукции начали выявлять несоответствия российским стандартам качества. Сначала под бан попали известная минеральная вода Джермук, вино и коньяк некоторых производителей. Затем пошли цветы, фрукты и овощи. Россельхознадзор с 30 мая 2026 года ввел временные ограничения на ввоз свежих томатов, огурцов, перцев, зеленных культур и клубники происхождением и отправлением из Армении до выработки соответствующего алгоритма по обеспечению безопасности отгружаемой продукции. Тогда же стало понятно, что, в отличие от предыдущих случаев, сейчас Кремль собирается играть вдолгую. Ограничения коснулись самого масштабного сегмента и были введены точно перед сезоном сбора урожая. Основным рынком сбыта для армянских абрикосов, черешни, яблок, помидоров, огурцов и перца годами оставалась Россия, и в Москве рассчитывали на эту зависимость как на надежный рычаг давления.
В Армении были надежды, что после выборов всё вернется на круги своя и что это лишь попытки повлиять на умы и выбор людей через торговую войну. Но эти ожидания быстро улетучились. Партия Пашиняна Гражданский договор получила парламентское большинство и возможность вновь избрать его на пост премьер-министра, а в Москве начали думать, что бы еще запретить. Следующая волна касалась рыбной и молочной продукции. По сути, под запретом оказалась практически вся армянская продукция с добавленной стоимостью, которая занимала определенную нишу и была интересна российскому потребителю. Тогда армянский премьер решил все-таки пообщаться с российским правителем и понять, как можно решить проблему. После первых сообщений о телефонном разговоре между Пашиняном и Путиным все с нетерпением ждали деталей. На сайте Кремля появилось очень лаконичное коммюнике, в котором Путин подтвердил приверженность принятому на саммите ЕАЭС в Астане заявлению и акцентировал необходимость проведения в Армении референдума. Так стало понятно, что решать какие-то проблемы с помощью переговоров в Москве никто не собирается. От Еревана требовалось провести референдум.
Референдум будет, но потом
Поняв, что в Москве уже особо не церемонятся ни с заявлениями, ни с проводимой политикой, в Ереване решили тоже не сдерживаться. Премьер Пашинян прямо заявил, что механизмы ЕАЭС не работают. А если не работают механизмы, значит, самого союза, по сути, уже нет. Он сказал, что проблема не в Армении, а в ЕАЭС, потому что оказывается, что Евразийский экономический союз парализован и не работает. Если этот вопрос не будет решен быстро, это станет началом конца ЕАЭС. Затем, в начале августа, Пашинян поехал в Бишкек на заседание Евразийского межправительственного совета. Он раскритиковал структуру и заявил о праве своей страны на альтернативы, отметив, что лучшей позицией для ЕАЭС было бы не торпедировать этот процесс, а наоборот, работать над тем, чтобы повысить конкурентоспособность и привлекательность союза. Но, конечно, в ЕАЭС это предложение вряд ли воспримут всерьез. Россия годами рассматривала Армению как свой форпост, но за последние годы статус-кво на Южном Кавказе изменился. Москва не то что не единственный, а уже даже не главный игрок в регионе, и смириться с этим в Кремле не хотят. Но особых механизмов воздействия, кроме экономических, у России сейчас попросту нет.
Почему Россия упустила Армению
Армения потеряла Нагорный Карабах в 2020 году. А спустя несколько лет, после исхода армянского населения из непризнанной республики, Россия потеряла свой главный козырь в регионе. Вопрос Нагорно-Карабахского конфликта годами позволял Москве нажимать и на Ереван, и на Баку, и этого было достаточно для того, чтобы две постсоветские республики проводили свою внешнюю политику в жесткой привязке к желаниям Москвы. Но в сентябре 2023 года Азербайджан установил полный контроль над Карабахом. Порядка 120 тысяч армян покинули свои дома, а российские миротворцы оставались в роли сторонних наблюдателей. В итоге умиротворять было уже некого, и российский контингент покинул Карабах на два года раньше установленного срока. Это было фиаско политики Кремля в регионе, особенно показательное, что произошло оно именно в Нагорном Карабахе, где к России относились максимально лояльно.
Кроме политических последствий, Москва понесла и огромный имиджевый урон. Рейтинг России в Армении за несколько лет после войны просто обвалился. Непосредственно перед войной отношения с Россией оценивали как хорошие 92 процента граждан. К 2024 году 66 процентов респондентов оценили отношения с Россией как плохие или очень плохие. Весной 2026 года 55 процентов респондентов сказали, что не доверяют России. Ситуацию можно было бы спасти и после 2020 года. Нагорный Карабах не входил в состав Армении, и Россия имела полное формальное право не помогать Еревану сохранять контроль над этим регионом. Но последующие события окончательно закрепили за Кремлем статус ненадежного союзника. После Карабаха Баку несколько раз шел на эскалацию уже на территории Армении. В сентябре 2022 года вооруженные силы Азербайджана нарушили государственную границу и заняли новые территории. Тогда стало ясно, что Армении в одиночку будет трудно противостоять внешним угрозам. У Еревана были опции в рамках Организации Договора о коллективной безопасности, но союзники не оказали даже политической поддержки. Это стало поворотным моментом. Ереван обратил взоры на Запад, и Москва перестала единолично контролировать процессы на Южном Кавказе.
Рычаги давления и контраргументы
Армянская экономика была и остается зависимой от России. До введения санкций 90 процентов армянской сельхозпродукции направлялось в Россию. По последним официальным данным, за первое полугодие 2026 года на долю России пришлось 35,6 процента общего объема экспорта республики. Но, вопреки ожиданиям, российские ограничения не убили армянскую экономику и даже не привели к серьезному коллапсу. В долгосрочной перспективе потери будут, но сейчас правительство занято поиском альтернатив. На этом фоне Европейский союз идет навстречу Еревану, выделив десятки миллионов долларов помощи для укрепления экономики в рамках Плана роста для Армении, а также частично открыл свои рынки для армянской продукции.
Но у России остаются другие рычаги давления, например, голубое топливо. Армения продолжает закупать российский газ, и в Москве недвусмысленно дают понять, что цены в скором времени могут быть пересмотрены. Но в этом случае ответ не заставит себя долго ждать. В Армении всё еще дислоцируется 102-я военная база, а российская компания РЖД управляет армянскими железными дорогами. Но при необходимости армянские власти обязательно используют эти козыри, о чем премьер Пашинян уже заявлял, говоря, что это собственность Республики Армения и другого варианта нет. Впервые после развала Советского Союза у России нет явно выраженных рычагов давления на Армению, а те, что есть, лежат исключительно в экономической плоскости. Справившись с этой ситуацией, страна сможет сделать и самостоятельный политический выбор. На фоне возможного подписания мирного соглашения с Азербайджаном и открытия армяно-турецкой границы европейские перспективы Еревана становятся всё более очевидными, и Россия вряд ли сможет что-то с этим сделать.
Чего хотят от Еревана
Когда Армения с головой ушла в агитацию перед парламентскими выборами, из Астаны 29 мая пришло неожиданное сообщение. Лидеры четырех стран Евразийского экономического союза, России, Беларуси, Казахстана и Кыргызстана, приняли специальное заявление по пятому члену своего союза, то есть Армении. Там говорилось о необходимости проведения в Армении в возможно короткие сроки общенационального референдума о вступлении в Европейский союз или дальнейшем пребывании в составе ЕАЭС. Так стало известно, что с требованием, чтобы Армения определилась со своим геополитическим и экономическим выбором, выступает не только Россия, но и некоторые другие государства, которые не хотят ссориться с Россией из-за Армении. Примечательно, что это заявление было принято без участия армянского премьера Никола Пашиняна, который в это время был занят агитацией на улицах Еревана. Когда он ознакомился с позицией коллег, отреагировал на нее в довольно ироничной форме, поблагодарив коллег за признание легитимного права Армении развивать отношения с различными партнерами и создавать торгово-экономические альтернативы для своей страны.
О чем говорили заклятые союзники
Сообщения о возможных российских санкциях появились вместе со стартом предвыборной кампании в Армении. До этого Никол Пашинян успел побывать в Москве и услышать просьбу Кремля допустить до выборов пророссийские силы. И их действительно допустили. Но даже это не помогло избежать пресловутых сообщений от Роспотребнадзора. Одно за другим в армянской продукции начали выявлять несоответствия российским стандартам качества. Сначала под бан попали известная минеральная вода Джермук, вино и коньяк некоторых производителей. Затем пошли цветы, фрукты и овощи. Россельхознадзор с 30 мая 2026 года ввел временные ограничения на ввоз свежих томатов, огурцов, перцев, зеленных культур и клубники происхождением и отправлением из Армении до выработки соответствующего алгоритма по обеспечению безопасности отгружаемой продукции. Тогда же стало понятно, что, в отличие от предыдущих случаев, сейчас Кремль собирается играть вдолгую. Ограничения коснулись самого масштабного сегмента и были введены точно перед сезоном сбора урожая. Основным рынком сбыта для армянских абрикосов, черешни, яблок, помидоров, огурцов и перца годами оставалась Россия, и в Москве рассчитывали на эту зависимость как на надежный рычаг давления.
В Армении были надежды, что после выборов всё вернется на круги своя и что это лишь попытки повлиять на умы и выбор людей через торговую войну. Но эти ожидания быстро улетучились. Партия Пашиняна Гражданский договор получила парламентское большинство и возможность вновь избрать его на пост премьер-министра, а в Москве начали думать, что бы еще запретить. Следующая волна касалась рыбной и молочной продукции. По сути, под запретом оказалась практически вся армянская продукция с добавленной стоимостью, которая занимала определенную нишу и была интересна российскому потребителю. Тогда армянский премьер решил все-таки пообщаться с российским правителем и понять, как можно решить проблему. После первых сообщений о телефонном разговоре между Пашиняном и Путиным все с нетерпением ждали деталей. На сайте Кремля появилось очень лаконичное коммюнике, в котором Путин подтвердил приверженность принятому на саммите ЕАЭС в Астане заявлению и акцентировал необходимость проведения в Армении референдума. Так стало понятно, что решать какие-то проблемы с помощью переговоров в Москве никто не собирается. От Еревана требовалось провести референдум.
Референдум будет, но потом
Поняв, что в Москве уже особо не церемонятся ни с заявлениями, ни с проводимой политикой, в Ереване решили тоже не сдерживаться. Премьер Пашинян прямо заявил, что механизмы ЕАЭС не работают. А если не работают механизмы, значит, самого союза, по сути, уже нет. Он сказал, что проблема не в Армении, а в ЕАЭС, потому что оказывается, что Евразийский экономический союз парализован и не работает. Если этот вопрос не будет решен быстро, это станет началом конца ЕАЭС. Затем, в начале августа, Пашинян поехал в Бишкек на заседание Евразийского межправительственного совета. Он раскритиковал структуру и заявил о праве своей страны на альтернативы, отметив, что лучшей позицией для ЕАЭС было бы не торпедировать этот процесс, а наоборот, работать над тем, чтобы повысить конкурентоспособность и привлекательность союза. Но, конечно, в ЕАЭС это предложение вряд ли воспримут всерьез. Россия годами рассматривала Армению как свой форпост, но за последние годы статус-кво на Южном Кавказе изменился. Москва не то что не единственный, а уже даже не главный игрок в регионе, и смириться с этим в Кремле не хотят. Но особых механизмов воздействия, кроме экономических, у России сейчас попросту нет.
Почему Россия упустила Армению
Армения потеряла Нагорный Карабах в 2020 году. А спустя несколько лет, после исхода армянского населения из непризнанной республики, Россия потеряла свой главный козырь в регионе. Вопрос Нагорно-Карабахского конфликта годами позволял Москве нажимать и на Ереван, и на Баку, и этого было достаточно для того, чтобы две постсоветские республики проводили свою внешнюю политику в жесткой привязке к желаниям Москвы. Но в сентябре 2023 года Азербайджан установил полный контроль над Карабахом. Порядка 120 тысяч армян покинули свои дома, а российские миротворцы оставались в роли сторонних наблюдателей. В итоге умиротворять было уже некого, и российский контингент покинул Карабах на два года раньше установленного срока. Это было фиаско политики Кремля в регионе, особенно показательное, что произошло оно именно в Нагорном Карабахе, где к России относились максимально лояльно.
Кроме политических последствий, Москва понесла и огромный имиджевый урон. Рейтинг России в Армении за несколько лет после войны просто обвалился. Непосредственно перед войной отношения с Россией оценивали как хорошие 92 процента граждан. К 2024 году 66 процентов респондентов оценили отношения с Россией как плохие или очень плохие. Весной 2026 года 55 процентов респондентов сказали, что не доверяют России. Ситуацию можно было бы спасти и после 2020 года. Нагорный Карабах не входил в состав Армении, и Россия имела полное формальное право не помогать Еревану сохранять контроль над этим регионом. Но последующие события окончательно закрепили за Кремлем статус ненадежного союзника. После Карабаха Баку несколько раз шел на эскалацию уже на территории Армении. В сентябре 2022 года вооруженные силы Азербайджана нарушили государственную границу и заняли новые территории. Тогда стало ясно, что Армении в одиночку будет трудно противостоять внешним угрозам. У Еревана были опции в рамках Организации Договора о коллективной безопасности, но союзники не оказали даже политической поддержки. Это стало поворотным моментом. Ереван обратил взоры на Запад, и Москва перестала единолично контролировать процессы на Южном Кавказе.
Рычаги давления и контраргументы
Армянская экономика была и остается зависимой от России. До введения санкций 90 процентов армянской сельхозпродукции направлялось в Россию. По последним официальным данным, за первое полугодие 2026 года на долю России пришлось 35,6 процента общего объема экспорта республики. Но, вопреки ожиданиям, российские ограничения не убили армянскую экономику и даже не привели к серьезному коллапсу. В долгосрочной перспективе потери будут, но сейчас правительство занято поиском альтернатив. На этом фоне Европейский союз идет навстречу Еревану, выделив десятки миллионов долларов помощи для укрепления экономики в рамках Плана роста для Армении, а также частично открыл свои рынки для армянской продукции.
Но у России остаются другие рычаги давления, например, голубое топливо. Армения продолжает закупать российский газ, и в Москве недвусмысленно дают понять, что цены в скором времени могут быть пересмотрены. Но в этом случае ответ не заставит себя долго ждать. В Армении всё еще дислоцируется 102-я военная база, а российская компания РЖД управляет армянскими железными дорогами. Но при необходимости армянские власти обязательно используют эти козыри, о чем премьер Пашинян уже заявлял, говоря, что это собственность Республики Армения и другого варианта нет. Впервые после развала Советского Союза у России нет явно выраженных рычагов давления на Армению, а те, что есть, лежат исключительно в экономической плоскости. Справившись с этой ситуацией, страна сможет сделать и самостоятельный политический выбор. На фоне возможного подписания мирного соглашения с Азербайджаном и открытия армяно-турецкой границы европейские перспективы Еревана становятся всё более очевидными, и Россия вряд ли сможет что-то с этим сделать.
